Исторические часы

До начала XVIII века на месте нынешней Меншиковой башни (она находится на Чистых прудах, в Телеграфном переулке) стояла небольшая трехшатровая церковь Архангела Гавриила, что на Чистых прудах ("у Мясницких ворот"), построенная в XVII веке.

 

В 1704 году прихожанином церкви был светлейший князь Александр Данилович Меншиков. Вернувшись из одного похода, он привез купленную им в Полоцке древнюю икону Богоматери, по преданию - написанную самим евангелистом Лукой, и пожелал для нее выстроить на месте старой церкви новый храм.

 

Предыстория строительства Меншиковой башни

 

Интересны обстоятельства, при которых Меншикова башня была построена.

 

В этих местах проходит Мясницкая улица, которую в конце 16 века перерезала крепостная стена Белого города, и в месте пересечения были построены Мясницкие ворота. Название улицы и крепостных ворот произошло от расположенной вне городских стен слободы мясников.

 

А внутри города рядом с воротами в 1699 г. купил усадьбу А.Д.Меншиков, друг и соратник Петра I.

 

Было это ещё до основания города Санкт-Петербурга, поэтому Меншиков предполагал обосноваться в московской усадьбе надолго.

 

Мясники тоже не собирались никуда переезжать и продолжали делать своё дело, а отходы производства сбрасывали в пруд, расположенный неподалёку.

 

Пруд этот источал дурной запах, отчего и получил у москвичей неблагозвучное название Поганого пруда.

 

Как догадывается читатель, крепостная стена могла защитить город в час лихолетья, но защитить от дурных запахов она была не в состоянии. Так что ароматы Поганого пруда доносились до носа Александра Даниловича и, надо думать, сильно ему досаждали.

 

Спрашивается, а зачем тогда покупал?

 

С его возможностями можно было приобрести владение и в более подходящем месте.

Дело, наверное, заключалось в Мясницкой, которая в то время была улицей не простой: по ней проходила одна из дорог в Немецкую слободу, куда часто наведывался Пётр I и Александр Данилович, будучи человеком смекалистым, не преминул этим воспользоваться. Купив усадьбу, Меншиков приказал очистить Поганый пруд, который с тех пор стали называть Чистым, да ещё и во множественном числе.

 

Постройка Меншиковой Башни началась в 1704 году и закончилась спустя три года.

 

В результате над городом поднялась башня, на полторы сажени (3,2 метра) превышавшая колокольню Ивана Великого. Это было легкое, кружевное, воздушное сооружение, подобного которому Москва еще не видела.

 

Существует легенда, что своенравный Меншиков, которого москвичи не любили за "худородство" и постоянно поминали ему пресловутые пироги, которыми он якобы торговал в молодости, хотел уязвить москвичей - возвести сооружение выше Ивана Великого, московской красы и гордости. Но Бог судил иначе - во-первых, как мы увидим, гордыня Меншикова была посрамлена, а во-вторых, москвичам новая церковь очень понравилась. Всего лишь за три года до того была закончена постройка Сухаревой башни. "Сухарева башня - невеста Ивана Великого, а Меншикова - ее сестра", - говорили в народе. Жители столицы гордились тремя московскими великанами.

 

Строил церковь архитектор Иван Петрович Зарудный, известный мастер петровской эпохи, выходец с Украины. В 1690 году Зарудного прислал в Москву гетман Мазепа по делам церковного строительства на Украине, и архитектор остался в Москве. В 1701 году он был определен на службу именным указом царя, много работал в Москве и Петербурге, являясь как бы личным архитектором Петра I, и не состоял ни в каком ведомстве. Близким к Зарудному человеком был его земляк, бывший ректор Киевской духовной академии, митрополит Стефан Яворский - фактический глава Русской православной церкви при Петре I.

 

Церковь Архангела Гавриила - одно из самых оригинальных произведений русского зодчества начала XVIII века. Как считают, все ее архитектурные мотивы навеяны красотой русского резного иконостаса. "Что такое её архитектура, как не поэтический дифирамб зодчего красоте русского иконостаса? Здесь все - от иконостаса, начиная от тонких резных колонок портала и кончая малейшими деталями убора", - писал И. Грабарь.

 

Меншикова башня, на первый взгляд, имеющая мало общего с предшествующим русским зодчеством, на самом деле плоть от плоти его. По существу, это традиционный башенный храм "иже под колоколы". Он, правда, в большей степени наделен чертами новой архитектуры. Это прежде всего относится к его светскому, гражданскому облику. В этом выдающемся произведении, одном из самых замечательных памятников Москвы, западные влияния органически сплетены с чертами русской архитектуры, старинные национальные традиции оживают в новых идеях.

 

Меншикова башня оказала заметное влияние на архитектуру Петропавловского собора в Петербурге. 

 

Первоначально башня была в четыре яруса и имела высоту 84,2 метра. До пожара 1723 года башня завершалась высоким шпилем, увенчанным флюгером в виде фигуры парящего ангела с крестом в руке. Такой она изображена на гравюре А. Зубова 1711 года, изображающей триумфальный въезд в Москву после Полтавской битвы Петра I с генералами, войском и многочисленными пленными.

 

Три верхних яруса были сквозными, и на них висели 50 колоколов. Тем самым церковь повторяла древний русский тип храма-колокольни. Для облегчения конструкции верхний ярус был сделан деревянным. На верхнем ярусе храма в 1708 году были поставлены часы с курантами, выписанные из Англии. Куранты отбивали час, полчаса и четверть часа, а в полдень все пятьдесят башенных колоколов в течение получаса звонили-переливались, теша слух горожан. 

 

Башню украшало невиданное дотоле обилие каменной скульптуры. Гирлянды из цветов и фруктов, вазы, карнизы, - все это не только украшает башню, но и придает ей легкость при весьма немалых размерах. Над украшением церкви работали костромские и ярославские мастера, издавна прославившиеся как искусные резчики по камню. В работе принимала участие и артель резчиков из Южной Швейцарии, работавшая в Москве в начале века. 

 

После отъезда Меншикова из Москвы церковь оставалась долгое время неотделанной. В 1712 году в здании размещалась навигацкая школа. В 1723 году от удара молнии сгорел верхний деревянный ярус с часами. Рухнувшие колокола проломили своды церкви. В таком виде здание простояло более пятидесяти лет. Все уже забыли, что это была церковь, и звали полуразрушенное сооружение просто Меншиковой башней.

 

В 1787 году церковь взялся восстановить Гавриил Измайлов, живший неподалеку на Мясницкой улице. При реставрации церкви вместо верхнего яруса с 30-метровым шпилем сделали округлый купол с винтовым шпилем. Убрали статуи ангелов с орудиями Страстей. Вместо них поставили... вазы.

 

Все это сильно изменило вид Башни. Ушла резкость, которую придавал ей высокий шпиль, как бы «протыкающий» небо. Башня приобрела округлость форм, «мягкость». Впечатление мягкости усиливалось новым шпилем, похожим на пламя свечи. И это несмотря на то, что Башня осталась по-прежнему самой высокой церковью Москвы. После реконструкции церковь стала всеобщей любимицей москвичей.

 

 

Практически ничего не известно о Г.З. Измайлове. Источники упоминают, что он был из богатого рода, владел домом находившемся на месте дома 19 по Мясницкой улице. И все. А между тем, после реконструкции башню Меншикова, скорее стоит называть башней Измайлова.

 

Гавриил Измайлов принадлежал к существовавшей тогда в Москве ложе масонов, именовавших себя мартинистами. В Кривоколенном переулке, недалеко от церкви Архангела Гавриила, в доме профессора Шварца проживало около пятидесяти студентов организованной масонами Педагогической семинарии. Для них-то Измайлов и восстановил церковь Архангела Гавриила, украсив ее снаружи и внутри масонскими символами и эмблемами с латинскими надписями.

 

Долгое время власти снисходительно взирали на существование в стране масонских лож. Екатерина II считала, что это всего лишь безобидное увлечение мистическими учениями. Все изменилось, когда московских масонов уличили в тайной связи с враждебным России прусским двором. Из расшифрованной тайной переписки явствовало, что «поборники просвещения» готовили государственный переворот. В итоге Новиков и еще несколько масонов были арестованы и заточены в Шлиссельбургскую крепость.

 

Однако тайные знаки, украшавшие стены Меншиковой башни, просуществовали еще несколько десятилетий. В 1852 г. митрополит Филарет (1782-1867) вдруг вспомнил о масонских знаках и латинских надписях и приказал все это уничтожить. Выполнять требование митрополита не торопились. Надписи и символы были частично заменены или сбиты только в 1863 г. Остался шпиль, похожий на пламя свечи, вазы, заменившие подгоревших белокаменных ангелов. До них добраться не смогли или не захотели. Остались фигуры над южным входом, держащие в руках свитки со стертыми надписями.

 

Слева и справа над южным входом располагаются две фигуры, которые “при ближайшем рассмотрении” производят необычное впечатление: они держат в руках пустые свитки. По-видимому, на них были надписи, неугодные митрополиту Филарету. “Реставраторы“ не стали менять надписи, они их просто стерли.

 

 

Существует легенда, по которой Александр Македонский просил, чтобы во время похорон были видны его раскрытые ладони. Он хотел, чтобы все видели, что он уходит с “пустыми руками”. И теперь люди, держащие свитки, как бы шлют нам “пустое послание”. Вглядитесь в лица фигур. Кажется, что слышишь простое человеческое послание тех, кто причастен к этому чуду: “Мы были…”

 


    Сезонные скидки - Все подробности на нашем сайте здесь.